Анатолий Писаренко: "Мечта была: поднять полтонны!"

      Интервью корреспондентам "СЭ" дал выдающийся украинский штангист,
многократный чемпион и рекордсмен мира в тяжелом весе.       - Кофе? Чай? - спрашивает Писаренко       - Чай.       - Черный? Зеленый? Каркаде?       - Каркаде.       Через три минуты на столе уже стоят дымящиеся чашки, и по кабинету
разносится аромат "суданской розы".       Чай Анатолий Писаренко, между прочим, для своих гостей давно не покупает
- сам выпускает. 19 наименований. В руках, которые когда-то поднимали
 рекордную штангу, сейчас сосредоточена примерно десятая часть всего чайного
рынка Украины. Немало.       Впрочем, о его сегодняшних бизнес-предпочтениях спросим у знаменитого
атлета чуть позже. Начнем же с вопросов на злобу дня.НИКАКАЯ "ДРУЖБА" НЕ ЗАМЕНИТ ОЛИМПИАДУ       - В Пекин собираетесь, Анатолий Григорьевич?       - А как же! Статус обязывает: президент федерации тяжелой атлетики
Украины.       - Как оцениваете шансы своих "подданных"?       - Со сдержанным оптимизмом. До сих пор с каждой Олимпиады мы привозили
по одной золотой медали. Теперь, если реально смотреть на вещи, это будет
проблематично. И все же на одну-две награды любого другого достоинства
рассчитывать можем.       - Не жалеете, что сами ни разу так и не вышли на олимпийский помост, что
Игры 1980 года в Москве и 1984-го - в Лос-Анджелесе прошли мимо Писаренко,
самого сильного в те годы человека планеты?       - Жалею, конечно. Я хоть и "самый-самый" был, однако нормальный человек
с нормальными амбициями. Да что теперь говорить, толочь воду в ступе:
изменить-то уже ничего невозможно. История.       - Расскажите, как это было?       - Ну про Лос-Анджелес и рассказывать, собственно, нечего. Для атлетов
моего поколения навсегда осталось занозой в сердце и памяти "мудрое" решение
наших старцев из политбюро ЦК КПСС не посылать советских спортсменов в Америку
в отместку за бойкот американцами московской Олимпиады. Для нас придумали
"альтернативные Игры" в виде турнира "Дружба". Хотя понятно, что Олимпиаду
ничем заменить нельзя. Я поднял в Варне 465 кг в сумме, а какой-то австралиец в
Лос-Анджелесе - на полцентнера меньше. Но он остался в олимпийской истории
чемпионом в самом престижном, тяжелом, весе, а Писаренко - просто хорошим
парнем...       - Выступить четырьмя годами раньше в Москве помешал "нежный" возраст?       - Формально - да. Мне тогда было 22 года. Говорили: "Молод еще,
успеется". Но мы же не возрастами в Москве собирались мериться, а выяснять, кто
больше железа поднимет! На тренировках перед Олимпиадой я поднимал больше
конкурентов за место в команде - больше Рахманова, не говоря уже об Алексееве.
Последний вообще был уже "сбитый летчик" - года три до этого не выступал, никто
его не видел. Однако имя продолжало  работать на всю катушку. Как же, Алексеев!
78 мировых рекордов! Наше все! В общем, попал Василий Иванович на Игры в Москву
по чужому билету. Было видно, что не готов. Олимпийский помост, где прошлые
заслуги не в счет, подтвердил это немедленно: к снаряду подошел смертельно
уставший от штанги человек - и забаранил уже в рывке. Рахманов стал чемпионом.
На следующий год я их обоих "раздел": у Рахманова отнял мировой рекорд в рывке,
у Алексеева - в толчке и сумме двоеборья.        - С Рахмановым, насколько мы знаем, у вас сохранялись дружеские
отношения и после спорта, вплоть до его безвременной кончины...        - Да, у нас были очень добрые отношения. Султана я всегда поддерживал.
Помогал ему бизнес строить в Днепропетровске. На 45-летие, помню, "линкольн"
подарил - машину, в аккурат под рахмановские габариты: 200 килограммов человек
весил. Но при этом, увы, не очень бережно относился к своему здоровью. У всех
штангистов, тем более - у тяжеловесов, рано или поздно возникают проблемы со
здоровьем. Их нужно как-то разруливать: ведь есть медицина, спорт. Султан, к
сожалению, прошел мимо всего этого и поэтому так рано ушел из жизни...ПОКАЗАТЕЛЬНАЯ ПОРКА       - С кем-то еще из товарищей по оружию связь держите?       - Если вы подразумеваете штангистов, которые были на виду у всей страны,
то таких единицы. Ну с Леней Тараненко, когда наезжает из своей Белоруссии в
Украину, созваниваемся, встречаемся. Слава Клоков бывает в Киеве. Зато
по-прежнему рядом немало людей, вместе с которыми в свое время проливали пот в
тренировочном зале, железо таскали. Некоторые даже работают у меня. Володя
Ильин, который, по сути, был моим тренером на последнем этапе карьеры, сейчас
возглавляет несколько фирм. Женя Михайлов - вице-президент нашей федерации,
работает вице-премьером правительства Республики Крым. Анатолий Власов, Игорь
Дандик - тоже очень активные люди в федерации...       - В яркой спортивной биографии Анатолия Писаренко была и мрачная
страница - двухлетняя дисквалификация за использование запрещенных медицинских
препаратов. Проще говоря, вы попались на допинге. Болезненная тема?        - Пусть вам это не покажется странным: ничуть. Что два года украли в
спорте - это да. Это было несправедливо.       - Кто украл? И почему - несправедливо?       - Украла система. Она меня лелеяла, воспитывала, одевала-обувала,
кормила-поила и поэтому, видимо, посчитала возможным поступить со мной так, как
ей, системе, заблагорассудится. Когда Грамов, тогдашний председатель
Госкомспорта, рассказывал, какие мы с Курловичем (белорусский
штангист-тяжеловес, дисквалифицированный одновременно с Писаренко. - Прим.
авт.) такие-растакие, у нас не было шансов ему возразить: мол, без вашего
ведома, Марат Владимирович, или без визы кого-то из ваших замов, никаких
сомнительных "витаминов" нам бы не дали! Ведь все, что касалось атлетов нашего
уровня, спортивные врачи согласовывали на самом верху.       - Почему выбор, как вы говорите, системы пал именно на вас с Курловичем?       - Всерьез толковать об этом - все равно что рассуждать о закономерностях
падения кирпича на голову случайному прохожему. Если и была в нашем случае
какая-то "закономерность", то она была связана только с нашими громкими именами.       - Показательная порка?       - Совершенно верно. Чтобы другим неповадно было. Писаренко шел у них
ледоколом, в моем фарватере оказался Курлович... Там, кстати, еще третий должен
был быть, Гуняшев, потому что всех нас доктора потчевали одними и тем же
препаратами. Но Гуняшев был россиянин, для московских спортивных чиновников
все-таки больше свой человек, чем украинец Писаренко или белорус Курлович.       - "Отмотали" весь срок от звонка до звонка?       - А что прикажете делать? Самое смешное: нас не дисквалифицировала ни
мировая, ни европейская федерации тяжелой атлетики. Только всесоюзная. За
рубежом удивлялись: что они делают? Президент МОК Самаранч написал письмо в
Госкомспорт с просьбой объяснить суть произошедшего.ШТАНГОЙ МИЛЛИОН НЕ ЗАРАБОТАЕШЬ       - Насколько дисквалификация повлияла на вашу дальнейшую спортивную
карьеру?       - Отлучение от спорта дало много свободного времени, которое успешно
использовал на строительство собственного бизнеса. Говорят же: нет худа без
добра. Все это время продолжал тренироваться, поддерживал себя в тонусе.
Произошло другое, отрицательно повлиявшее на ход событий: после возвращения на
соревновательный помост, в сборную страны, я начал спешить. Хотел как можно
быстрее вновь доказать свое превосходство над остальными. Сначала связки не
согласились с такой торопливостью - полетели, дальше - начались проблемы с
суставами. Надо было подождать. Дать мышцам все вспомнить...  Как это сделал
Курлович. Его в сборную сразу после истечения срока дисквалификации не брали, и
он потихоньку втягивался в работу. А когда я ушел с помоста, Курлович вышел из
тени, использовав помимо всего прочего и свой возрастной резерв - он на
несколько лет моложе меня. В итоге, не поспешая, успел стать двукратным
олимпийским чемпионом.       - Кроме того, что вы не получили шанса покорить олимпийский пьедестал, о
чем-то еще сожалеете, мысленно возвращаясь к своей спортивной карьере?       - Единственное, о чем серьезно жалею: так и не поднял тех килограммов,
на которые себя запрограммировал. Мои последние рекорды - 207 кг в рывке и 265
- в толчке. В начале карьеры на тренировках обычно поднимал меньше, чем на
соревнованиях. Но после дисквалификации, когда вошел в полную силу, последовал
всплеск. Новый уровень результатов. Это был уже не пацан, который в 22 года
первый раз "мир" выиграл - зрелый мужик. На тренировках толкал 270, пробовал
даже 280 - не встал. Рывок - 210. Понимал, что 275 и 215 могут стать
соревновательными ориентирами. А главной целью были 500 кг в сумме. Ровно
полтонны! Увы, не сложилось. Считаю, что до конца я себя как штангист не
реализовал.       - Кто-нибудь после вас толкал 265?       - Никто! А потом и вовсе ввели новые весовые категории и наши рекорды
отменили. Решили все начать с чистого листа. Дескать, тяжелая атлетика,
связанная с анаболиками уходит в прошлое. Как же, уходит... Теперь дожили до
того, что целые сборные, опасаясь допинговых скандалов, отказываются ехать на
Олимпиаду. Поэтому не надо быть наивным: ничего никуда не уходит... Между
прочим, это одна из причин, по которой я обоих своих сыновей к штанге не
подпустил.       - А другие причины?       - Тяжелый вид спорта и очень травматичный. Последствия остаются на всю
жизнь. Не захотел, чтобы мои дети прошли через это. Тем более у них был выбор.       - У вас выбора не было?       - Только в том смысле, что я безумно любил штангу, был готов истязать
себя на тренировках часами и не слишком задумывался о цене успеха на помосте.
Моя семья несколько лет прожила в Америке, и младший сын, Костя, когда ему было
всего семь, занимался гимнастикой, горными лыжами и карате. Однажды, помню,
задал вопрос: "Папа, в каком из этих видов спорта можно заработать миллион?" Я
ответил, что, скорее всего, в горных лыжах, а про себя подумал: как же
изменилось отношение к спорту у наших детей! Когда меня спрашивают о причинах,
по которым тяжелая атлетика утратила былую популярность - не только у нас, но и
во всем мире, - я невольно вспоминаю тот диалог с маленьким сыном. Поднимая
штангу, миллион точно не заработаешь. А здоровье угробишь.ПОШЕЛ ДАЛЬШЕ ВЛАСОВА       - По вашему виду - не скажешь. Хорошо выглядите, Анатолий Григорьевич.
Штангистов, тяжеловесов особенно, после ухода из спорта обычно во все стороны
разносит, как дрожжевое тесто, а вы  по-прежнему стройны, словно Аполлон.       - Спасибо за комплимент. Я даже похудел. Когда поднимал штангу, весил
125 - 127 кг, а сейчас - 107 - 108. Стараюсь держать себя в форме. Например,
каждое утро час провожу в седле. Обожаю лошадей. У меня дом под Киевом и там же
- две конюшни. Есть манеж для выездки, поле для конкура, рядом - большой луг
для выпаса. Красотища!       - Кстати, первым, кто сломал привычный стереотип штангиста-тяжеловеса в
виде "горы мяса", был выдающийся советский атлет Юрий Власов. Еще через
двадцать лет на помосте появился  Писаренко...       - Может, говорить об этом нескромно, но я пошел дальше Власова. Если вы
внимательно посмотрите кадры старой кинохроники, на которых он запечатлен, то
увидите животик... Конечно, далеко не такой впечатляющий, как у Андерсона,
Медведева или Жаботинского, но тоже заметный. Власов, кстати, когда выступал,
был тяжелее меня килограммов на десять. Так что даже по сравнению с ним я был
тонкий и звонкий. Когда Алексеев впервые меня увидел, удивился: "Ничего не
пойму... Этот или сломается или... что-то поднимет". Благодаря своему сложению
я был гибкий, быстрый и доказал, что тяжеловес с такой "скромной" фактурой
вполне может быть сильнейшим в мире.       - Вы упомянули о Жаботинском. Он тоже украинец, из Запорожья. Хотя на
помосте по времени вы никак пересечься не могли, что-то вас связывает друг с
другом?       - Хорошие, ровные отношения. Знаю, он перенес операцию - были проблемы с
коленом. Мне импонирует, что в свои 70 лет Жаботинский остался по духу
спортсменом. Не снимает своих регалий, турнир имени себя в Запорожье проводит.       - Можно подумать, что вам не под силу провести турнир имени Писаренко.
Такая идея в голову не приходила?       - Я вас умоляю! У меня и без этого хлопот  по жизни достаточно.       - Кроме чайного бизнеса, чем еще занимаетесь?       - (Улыбается.) В этом смысле считайте меня многоборцем. Самолеты в
лизинг сдаем. Строительством занимаемся.       Полиграфическую продукцию выпускаем. Спортивных лошадей выращиваем. А
вот с табачной фабрикой - кажется, дело табак. Поняли, что не выдерживаем
конкуренции, а убыточное производство держать не имеет смысла.       - Это больно ударит по вашему бизнесу?       - Ничего страшного. Справимся. В бизнесе, как в старой песне: где-то
теряешь, а где-то - находишь. Когда мы начали расфасовку чая, ничто не
гарантировало успех этого предприятия. Пару лет ушло на раскрутку, и теперь
выглядим (тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не сглазить!) весьма достойно. На украинском
рынке более 10 процентов чая - нашего производства. Теперь ставим задачу
построить новую фабрику, сметная стоимость которой составит не меньше 20
миллионов долларов.ИСКАТЕЛЬ ПРИКЛЮЧЕНИЙ       - Почему ваша политическая карьера ограничилась по крайней мере до сих
пор только одной каденцией в Верховной раде Украины? Больше в депутаты не тянет?       - При новой системе выборов - по партийным спискам - нет. Соревноваться
с другими кандидатами в мажоритарном округе было так же интересно, как когда-то
с соперниками на помосте. Я тратил на предвыборную кампанию собственные деньги,
не был обязан ни одной политической силе и был очень доволен, когда меня люди
выбрали. Ощущал себя в парламенте самодостаточной боевой единицей, имел
возможность отстаивать свою точку зрения. Сейчас же там тупо давят на нужные
кнопки по команде руководителя фракции. Мне это неинтересно.       - Говорят, вы заядлый рыбак и охотник?       - Скорее заядлый путешественник, искатель приключений, в число которых
входят и рыбалка, и охота, и горные лыжи (специально дом купил в Колорадо), и
подводное плавание, и сплав на плотах по быстрой речке... Можно сказать,
авантюрист - в лучшем смысле слова. На днях вернулся из Архангельской области -
там ловили семгу, а еще раньше, зимой, ходили на глухаря. Дайвингом занимаюсь в
разных точках мира, горными лыжами - в Альпах и в Колорадо, охотился на
буйволов и антилоп в Африке, на медведя ходил в Сибири...       - Кто все это организует?       - Есть масса фирм, но в основном беспокоишься о себе сам. Перефразируя
наших веселых классиков, можно сказать: "Забота о путешественнике - дело рук
самого путешественника". Особенно когда идешь по уже проторенной однажды
тропинке. Ну а самый главный вдохновитель и организатор любой авантюры - это,
разумеется, деньги. Только с ними приходит ощущение полной свободы.       - У вас много врагов?       - Не думаю, что они есть вообще. Но если вдруг все-таки есть, то ни с
одним из них, к счастью, я не знаком.       ...Во время нашего разговора на рабочем столе Писаренко периодически
просыпался мобильник. Хозяин кабинета всякий раз предельно лаконично отвечал на
звонок - и тут же возвращался к беседе. Но однажды, извинившись, подвинул
поближе к себе клавиатуру и что-то на ней настучал. Потом набрал телефонный
номер и сказал кому-то: "Я послал банковские реквизиты, отправь туда 250 тысяч
евро. Оплата согласно контракту".       Тут до нас наконец дошло: пора и честь знать. Человеку работать надо.       Эдуард ЛИПОВЕЦКИЙ,       Юрий ЮРИС       Киев

Новости сайта
  1. 27 Mar 2017 Спортсмен из Мордовии завоевал бронзовую медаль чемпионата Европы
  2. 21 Mar 2016 Растительные экстракты замедляют процесс старения
Новости спорта
  1. 18 Apr 2019

  2. 27 Mar 2017 Ученые не советуют запивать витамины чаем и кофе

    Сотрудники Университета Восточной Англии утверждают: горячие напитки существенно снижают эффективность...

Архив новостей 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17